Когда громилы были надежно замотаны скотчем, наподобие продукции колбасного комбината, Сергей широко улыбнулся другу и двинулся к нему, намереваясь заключить в объятия.

– Ну, Толян, тебя на минуту оставить нельзя, вечно во что-нибудь влипнешь.

Но Толик почему-то отреагировал совсем не так, как от него ожидали. Он забился в угол между стеной и стеллажом и поднял пресс-папье над головой:

– Не подходи, Серега, не подходи! Мы же с тобой… дружили… с третьего класса, я тебе математику списывать давал!

– Да ты что, обалдел? – обиделся Сергей. Ах, да…

Он подобрал с пола какую-то тряпку и стер с лица вампирский грим, потом вытащил пластмассовые клыки.

– Элеонора, познакомься, это Анатолий, мой друг и партнер по бизнесу. Толик, это Элеонора. Если бы не она, мы бы сейчас с тобой здесь не разговаривали, потом расскажу.

– Оч-ч-чень приятно – выдавил из себя Толик, успокаиваясь. А в-ваши клыки?

– А мои не снимаются – вздохнула я.

– А, имплантанты, я смотрел недавно по телевизору, кажется, в передаче „Здоровье“ …

– Ладно, посмотрим, что за лажу тебе на подпись подсовывали. Да вылезай ты оттуда, никто тебя кусать не собирается. Ничего себе: „Я, Анатолий Дегтев, проиграл гражданину Козлову Ю.В. сто пятьдесят тысяч долларов“, дата позапрошлогодняя. Теперь, „Я, Анатолий Дегтев, в качестве погашения долга с учетом процентов передаю гражданину Козлову Ю.В. свою долю в предприятии АО „Для дома для семьи“, а также автомобиль „Жигули“ в бессрочное пользование. Так, старый знакомый – Козлов Юрий Валентинович, генеральный директор АО „Еда из Европы“. Значит, все-таки он…Ну, понятно, зачем делиться, когда можно получить все.

– Но мы, вроде, с ним договаривались – подал голос Толик. А как же деловая честность, ну, порядочность, в конце концов?

В ответ мы с Сергеем синхронно вздохнули. Сергей мысленно добавил: „В гробу я видел их порядочность“ и тут же его передернуло – воспоминания о пережитом кошмаре были еще слишком свежими.