Последним трем удалось кое-как добраться до брошенных машин, но там их уже ждал наряд милиции; кто-то позвонил им и сообщил, что здесь происходит бандитская разборка. В машинах же нашлось достаточно оружия и других оснований для более близкого знакомства с органами охраны правопорядка.

А фургон, нагруженный продукцией Синявинского комбината, беспрепятственно проследовал в сторону города. Правда, Элеоноры там не было. Когда Валера и Николай Кузьмич вернулись, то обнаружили, что девушка исчезла прямо из запертой кабины. Только на сиденье лежал аккуратно сложенный спортивный костюм.

Когда-то давно

– Девочка моя, ты понимаешь, о чем меня просишь?

– Мне надоело, я больше так не могу!

– Подумай, тебе от многого придется отказаться. Навсегда. Ты никогда не сможешь загорать на солнце, оно просто убьет тебя.

– А я и не люблю ходить на пляж, все смотрят на меня и смеются, стоит мне только отвернуться, я знаю. У меня такая нескладная фигура и я ужасно неловкая!

– Ты никогда не выйдешь замуж, у тебя никогда не будет детей, подумай об этом.

– А у меня и так никогда ничего не будет; меня держат как собачку на поводке. Несколько дней назад ко мне зашла бывшая одноклассница, так тетка даже дверь в комнату не дала закрыть, слушала, не говорим ли мы о чем-нибудь неподобающем и не учит ли она меня плохому.

– Но это еще не причина уходить из мира живых.

– Когда тетка дома, а дома она практически всегда, она ни на минуту не выпускает меня из вида. Знаете, мне звонят не так часто, но иногда все-таки случается поговорить по телефону. Она, мало того, что слушает мои разговоры, даже не скрываясь; она еще и перебивает меня, если ей кажется, что я говорю что-то не то. А я не ребенок, мне двадцать пять лет.

– Но ведь не все же так плохо…