— Шпага Рианона!

Пенкавр глубоко вздохнул.

— Я ее нашел, — сказал он. — Я ее нашел.

Карс сказал:

— Где?

— Неважно где. Я ее нашел. Она твоя — за маленькую цену.

— За маленькую цену, — улыбнулся Карс. — Маленькая цена за божью шпагу.

— Дьявольского бога, — пробормотал Пенкавр. — Ибо более чем миллион лет назад Марс называл его Проклятым.

— Я знаю, — кивнул Карс. — Рианон, Проклятый, Павший, один из восставших богов прошлого. Да, я знаю легенду. Легенду о том, как старые боги захватили Рианона и запрятали его в неведомую могилу.

Пенкавр смотрел в сторону. Он сказал:

— Я ничего ни о какой могиле не знаю.

— Ты лжешь, — спокойно возразил ему Карс. — Ты нашел могилу Рианона, иначе ты не смог бы найти шпагу. Каким-то путем тебе удалось найти ключ к самой старой проклятой легенде Марса. Сами камни этого места имеют цену золота для тех людей, кто их понимает.

— Я не находил никакой могилы, — с яростным упорством настаивал Пенкавр. Он быстро продолжал: — Но сама шпага стоит состояние. Я не осмеливался ее продавать — эти джеккериане вырвали бы ее у меня, как волки, если бы только увидели. Но ты можешь ее продать, Карс. — Воришка вздрогнул от обуревавшей его алчности. — Ты можешь переправить ее в Кахору и продать какому-нибудь землянину за целое состояние.

— Я так и сделаю, — кивнул Карс. — Но вначале мы добудем из этой могилы другие вещи.

Лицо Пенкавра перекосилось. Через некоторое время он прошептал:

— Остановись на шпаге, Карс. Этого достаточно.

Карс подумал, что чувствами, изменившими лицо Пенкавра, были алчность, смешанная со страхом. И вовсе не страх перед джеккерианами или кем-то еще подавлял алчность Пенкавра, но существовало нечто такое, что вызывало в нем подлинное благоговение.

Карс с презрением сказал:

— Ты боишься Проклятого? Боишься простой легенды, которой время окружило старого короля, обратившегося в прах миллион лет назад?