— …Ворвались перед полуднем, точно стая. На конях, с винторезами, да как пойдут по избам, — повествовал офицерам ехавший проводником гонец. — Кто вякнул против, сразу пуля, а то и нож в брюхо. Остальных — на площадь. Я аккурат с поля возвертался. Как узрел энто дело, задами да ходу. Хорошо, вспомянул, как люди баяли, будто в Васькине войска стоят. Ну, я и к вам…

Далекий выстрел прервал его разглагольствования. Люди поневоле напряглись, стали ловить каждый доносящийся звук. Однако ничего подобного больше не повторялось. Вовсю заливались птицы, стрекотали насекомые, но то были обычные звуки поздней весны, те самые, что раздавались в лесах задолго до появления человека и будут звучать после.

— Так. Обойти вашу Леданку можно? — спросил Аргамаков.

— А то как же? Вестимо, можно. Тут недалече тропинка. Вот только повозка по ней не пройдет.

— А конный? Провести по ней сможешь?

Получив утвердительный ответ на оба вопроса, Аргамаков повернулся к Курковскому:

— Действуйте, поручик! Главная задача — перекрыть выход из деревни с той стороны. Уйти не должен никто. А в целом действуйте по обстановке.

— Слушаюсь! — Два с половиной десятка кавалеристов растаяли в лесной чаще, словно их никогда и не было.

— Удивительно, господин Александр Григорьевич. На своей земле — а ведем себя как на войне, — тихо заметил Петров, поправляя пенсне.

— Мы и есть на войне. Только никак не могу взять в толк на какой, — так же тихо отозвался Аргамаков. — Ни правил, ни противника. Не считать же таковым мелкие банды! И в то же время — развал до последней стадии, как будто после злосчастного дня перестали действовать все законы: и божеские, и человеческие. Вы, Дмитрий Сергеевич, человек ученый, в Технологическом институте учились. Скажите, как это может быть? Или подобное вы не проходили?

— Не проходили, но грезили. Знаете, господин полковник, в бытность студентом я даже мечтал о времени, когда тирания рухнет и люди смогут стать по-настоящему свободными, — неожиданно признался штабс-капитан. — Всякие там кружки, чтение полулегальной литературы, пьяный треп о грядущем счастье…