— Слушаюсь, учитель… — с трудом пробормотал Креол, кое-как поднимаясь на ноги. Его шатало из стороны в сторону, глаза вращались в орбитах независимо друг от друга, из носа капала кровь. — Сейчас… что?., да, точно… о, чрево Тиамат… оу-у-у…

— Э-э-э… — раздраженно скривился Халай, неохотно накладывая на ученика заклятие Исцеления. Он всегда держал в памяти три-четыре таких — при его любви к побоям это не было лишним. — Получай и убирайся, пока я не всыпал тебе еще, тупоумный недоносок!

— Конечно, учитель, — поклонился Креол, с наслаждением ощущая, как боль уходит, уступая место бурлящей магии, очищающей тело, пронизывающей каждую жилочку, каждую каплю крови.

Ничто в мире не сравнится с этим чувством.

— Ты ни на что не пригоден! — отмахнулся Халай. — Уверен, ты станешь худшим магом в истории Шумера, Креол. Если вообще станешь.

Ученик в очередной раз поклонился и поманил Шамшуддина. Тот покорно последовал за Креолом. Первые несколько секунд чернокожий мальчишка молчал, ошалело глядя прямо перед собой, но, как только они покинули внутренний двор, с ужасом воскликнул:

— Он всегда такой?!!

— Я это слышу!!! — тут же заорал Халай Джи Беш. — Я все слышу, черномазый выблядок!!!

— Да, он всегда такой. И слух у него тоже отменный, — еле слышно прошептал Креол. — Пошли, покажу комнату учеников… ну и все остальное.

Жилище Халая Джи Беш представляло собой вполне типичное строение, возведенное по стандартному образцу. Так, например, в каждом доме Шумера — богатом или бедном — непременно есть внутренний двор. Находясь в нем, очень просто определить, насколько зажиточен хозяин — достаточно посчитать двери. В беднейших домах с внутреннего двора ведут лишь две двери — в сени и в парадную.