Что ж. Вот и настал этот час, как ни крути. Вот она, мерзкая тварь, похитившая юную принцессу — наверняка уже сожранную. Зачем еще-то принцесс воровать? Спит, понимаешь. Нежную пищу переваривает.

Айрвен потянул из ножен меч. Что ж, надо исполнить долг. И не наставнику Реджину, не склочному отцу, не насмешливым однокашникам самому себе доказать, что ты не сопля на палочке, что ты мужчина, рыцарь. Пускай твоего рыцарства и на пять минут — ровно столько, чтобы разбудить дьявольскую зверюгу.

Он беззвучно помянул Всевышнего. Тот как всегда промолчал. Только стало вдруг очень холодно, как в самую лютую зиму. Неужели страх, свойственный подлым людишкам, заледенит сейчас его тело, скует цепями? Ну же, ну!

Он поднял меч. Куда бить-то? По чешуе бесполезно, только лезвие затупишь. В глаз? Да, наверное, в глаз. Вообще-то, по правилам полагалось вызвать чудовище на честный поединок, но тут уж какие правила? Да никто и не узнает. Дракон ведь не нажалуется наставнику Реджину.

Айрвен непроизвольно фыркнул. Сразу стало легче. И он, подойдя прямо к ужасной морде, обеими руками занес над головой меч. Острием вниз. Сейчас…

— Стоять!

Густой женский голос, казалось, расколол сумрачное пространство пещеры.

— Стоять! Не двигаться! Клинок медленно положить наземь! Руки медленно завести на затылок.

Айрвен резко обернулся.

В пяти шагах от него стояла девушка. Нет, не та вчерашняя селянка, совсем не та. Рослая (вершка на два выше Айрвена), крепкая и жилистая. Облаченная в черный, расшитый серебряными нитями костюм для конной прогулки, с кривой, как у сарацин, обнаженной саблей.

— Ты чего? — выплеснулось из охрипшего горла.

— Я что сказала? Медленно положил оружие! Считаю до трех — потом порублю в капусту! Понял, мразь?

— Я… — по горлу словно заскребли чьи-то крошечные коготки. Как ты смеешь… Я рыцарь…