Известно, что у человека есть два вида памяти — кратковременная и долговременная. Сны — это переработка информации, циркулирующей по контурам кратковременной памяти. Поэтому-то сны и забываются очень быстро, а если сразу после пробуждения, пока сон не забылся, рассказать его или записать, переведя в долговременную память, то он уже запомнится надолго.

Именно поэтому у меня есть основания предполагать, что случившееся со мною не было сном — ибо впечатления, воспоминания о том, что я расскажу далее, совершенно не ослаблялись, не «тускнели» по прошествии дней, недель и месяцев. И только поэтому я счел возможным по прошествии почти года записать эту историю.

Первым ощущением было то, что тело затекло, особенно руки. Ну да, спать сидя нехорошо. Я поднял голову. Передо мной, за стеклом рубки был берег бухты Кирении, портового городка на Кипре, британской колонии. Старое корыто — «Экзодус» — стояло посреди круглой, 300 м в диаметре бухты. На борту у меня было 300 детей. Мы вывезли их из лагерей, устроенных англичанами на Кипре для евреев, беженцев из Европы, пытавшихся добраться до Палестины. Англичане выслуживались перед арабами, точнее — перед владельцами нефти. Англичане не выпускали «Экзодус» из бухты и заявили, что не выпустят его никогда. Единственным способом воздействия на ситуацию было так называемое «общественное мнение». Признаться, это не то, что я, Ари Бен Канаан, привык использовать в своей работе… но на этот раз… Марк, продажная журналистская шкура, сделал все как я и предполагал — донес англичанам, и они успели блокировать нас в бухте.