В особенности — начитавшись какого-нибудь Смушкова или Фроленко, уж очень правителю хотелось след в истории оставить. Вот он и безобразничал: то Кремль в синий цвет перекрасит, то личный мавзолей в виде самовара забабахает, то заставит медведей по городам водить, а то в карточной партии против японского императора Курилы на кон поставит. Между прочим, живым символом правящего режима служила селекционно выведенная древовидная клюква, с восседающим на ней двуглавым орлом, у Боровицких ворот, а типичной реакцией на любое недовольство, включая слово „импичмент“ с трибуны, служило решение Президента сослать всю Думу разом. Как в случае с передачей Курил, например. Что на это можно сказать? Народу царские забавы иногда даже нравились, ибо обожал Президент измываться не над простым людьми. Не от щедрот своей совести или высоких моральных идеалов, нет. Просто неинтересно ему, неспортивно — ну, что с народа возьмешь, кроме бунта? А прихлебатели… Если хочешь быть у золотого корытца — тужься да терпи.

Когда в голову Его Императорского Величества стукнула очередная моч… пришла гениальная идея — воссоздания боевого флота, только теперь звездного — наличности, как всегда, не хватило. То ли разворовали, то ли пропили, не суть важно. И то правда… Что есть для нашей державы пара-тройка триллионов в золотовалюте? Да пыль под колесами истории, как это всегда бывало! Но из ситуации пришлось как-то выходить, уж очень всем царедворцам, и Министру обороны в частности, не понравились те слова, что шепнул им на ушко Венценосный. Министр трое суток листал сеть на тему истории пыток, но того, что пообещал Президент, так и не нашел. Даже на сайте „Нецензурные казни и прочие извращения“. Зато обнаружил значение слов „забью“ и „плашмя“, после чего, испугавшись еще сильнее, крепко задумался. И, к чести его надо сказать — изыскал-таки способ: купленные по дешевке, да у кого попало, космобаржи, рудовозы и буксиры наспех переделывали в корветы и авианосцы.