Наибольшая концентрация энергии наблюдалась возле четвертой планеты, Хаверзоля. Рядом расположился обычный для имперских операций заградительный кордон и глубинная сеть предупреждения.

Руки Уэйлера опять замелькали над пультом. Информация, поступавшая от разнообразных камер и датчиков, записывалась на особые носители - по возвращении Институт займется ее анализом; но главное - его собственная жизнь может зависеть от верного понимания тактической картины.

- Максимум десять единиц, - сказал он распознающей голос системе управления. Взгляд пилота метался с одного экрана на другой. Плоская панель в верхнем левом углу пульта дважды мигнула, после чего зажглась ровным желтым светом. Уэйлер коснулся ее и стал через свой имплантат слушать прямую трансляцию переговоров имперских пилотов.

- Седьмой. Обстановку по сектору ноябрь-пять. Прием.

- Не обнаружено.

- "Ангел-четыре". Уцелевших не обнаружено. Высылайте мусорщика.

- "Сокол"! "Сокол"! Противник, класс "Артур", вектор ноль-восемь-пять, радиан один-три-три, эклиптика плюс два.

- "Сокол", приближается противник.

Очевидно, Четвертый Имперский флот зачищал рассеянные остатки сил, оборонявших Хаверзоль.

- Класс четыре на радиане два-пять-семь. Точка три. Передайте "Бездельнику". Передайте "Бездельнику".

- "Бездельник" не отвечает.

И-и-и-и-и-и-и!..

- "Север", проведите расшифровку. Проведите расшифровку.

- "Сокол", противник уничтожен. Повторяю, противник уничтожен.

Пилот челнока - он же и капитан, и единственный член команды - покачал головой и коснулся бледно-зеленой панели. Началась подготовка к повторному входу в нуль-пространство.

По дисплею побежали параметры базы, на которую он должен был вернуться. Институт имел возможность содержать собственные вооруженные силы, независимые от руководства Координатуры. Настолько независимые, что правительство понятия не имело о том, какими ресурсами Институт обладает в этой сфере.