Как раз когда я бессмысленно озирала горизонт, за краем земли что-то бухнуло, и на горизонте возникли темные точки, которые стремительно увеличивались, приближаясь к нам. Роскошные военные самолеты прочертили небо у нас над головами, они шли в треугольном строю и были красивы той жестокой красотой, которая отличает лишь очень функциональные вещи. Они исчезли за противоположным краем неба так же быстро, как и появились, и только потом ударила звуковая волна, такая мощная, что в джипе задрожали стекла. На какое-то время я оглохла - вокруг стояла красноватая, пульсирующая тишина.

- Интересно, куда это они? - сказал наконец Герка. Голос его показался непривычно тихим - цыплячий писк, а не голос.

- Не думал, что они еще летают, - пробормотал Томас. - Во всяком случае, хорошо, наверное, что нам не туда.

- Поехали, - говорит Кристина. - Мне уже лучше. Не надо тут больше сидеть.

Находиться в джипе, да еще когда он опять тронулся в путь, почему-то казалось безопаснее, хотя, на самом деле, движущаяся мишень - такая же мишень. Игорь, кажется, заснул, а Кристина сидела такая напряженная, уставившись взглядом в пространство, что я решила как-то ее отвлечь.

- А правда, - говорю. - Как же ты решилась ехать, бедняга, если тебе в машине так погано?

Она нахмурилась.

- Я и не хотела никуда ехать. Я думала, они мне какую-нибудь другую работу дадут, в городе. Но другой они не давали. Я просила-просила, просто - нет и все. А таких лекарств, которые у них на складе лежат, я уже год как раздобыть не могу. А у меня мама только на них и держится.

- Кристи, ты хоть представляешь себе, что все это немножко опасно?

- Ну, представляю. Можно подумать, ты сама не боишься. А зачем тогда поехала?

Я задумалась. То, что попервоначалу меня подбил на эту глупость Вадька Заславский, на самом деле ничего не значило - я могла бы запросто отказаться, и все равно он бы мне ничего не сделал.