Заслышав знакомую речь, вслед за Звягой над бортом показались головы спутниц.

- Родичи наши. Один язык, одни предки, сестра моя замуж туда пошла, подключилась к разговору одна из пленниц. - Обособились только. Hе хотят под нашим князем жить. Hе угодил им дед нашего Светозара. Так и ушли.

- И не воюете промеж собой?

- Бывает, но редко. Родичи как-никак. Земли много - чего делить?

- Hе может такого быть.

- Чего не может? Чтоб не воевали?

- Древлян с кривичами быть не может. Hе могут древляне, поляне жить с гуннами в одном столетии.

- Так ведь живем.

- Hу ладно, все равно сейчас ничего не докажешь. Жень - полезай в кузов, а Звяга на твое место, будет нам дорогу показывать.

Машина опять изменила курс. Теперь она двигалась на северо-запад.

Страхи оказались напрасными - лед Дона был крепким и машину выдержал. Более того, убедившись, что лед, покрытый не очень толстым снежным настом, ничем не хуже прямой и ровной автострады, дальнейший путь решили проделать именно по реке. Правда, Стас все же заставил Валентина держаться как можно ближе к берегу. Лишь однажды на протяжении двухдневного маршрута одно из задних колес проломило лед, но остальные быстро выдернули вездеход из ловушки и машина не снижая скорости покатила дальше.

- В родник попали. - заявил Звяга. - Ближе к середине - лед прочнее будет, там родники его не могут истончить.

Для Валентина и Стаса городище появилось внезапно - сразу после очередного поворота реки на крутом берегу показался крепостной вал, высотой с трехэтажный дом, который венчал деревянный частокол из крепких заостренных бревен. Снизу было плохо видно, но, судя по торчащим верхушкам, стена уходила по прямой далеко от берега и терялась где-то в не близком лесочке. Сооружение впечатляло своими размерами. Валентин даже присвистнул.