– Как сказать… Экспедиция в дальний это же минимум на год – три месяца туда, полгода там и три обратно. Люди будут отрезаны от дома, в таких условиях важен элемент психологической совместимости. Кроме того, количество людей жестко ограничено, поэтому взять балластом журналиста вряд ли кто решится. Это же дополнительный рацион, а корабль не безразмерный…

– Ты глянь, Витя, все по полочкам разложил. Может, его вместо тебя начальником поставить?

Цепкие глаза Немоляева внимательно изучали мою физиономию.

– Вместо меня не знаю… А вместе со мной можно взять. Если, конечно, журналист не против.

Я от неожиданности потерял дар речи, чем опять развеселил Ивана Дмитриевича.

– Ленька, ты все-таки недотепа! Я думал, ты уже догадался, зачем я тебя к себе притащил, а ты только сейчас соображать начал! А я-то, дурак старый, такой тост завернул, расхвалил тебя на все лады, эх!..

За стеклянной дверью космопорта меня уже ждал Юра Гриценко – второй механик и мой сосед по каюте, что выяснилось два дня назад, когда Немоляев собрал весь состав экспедиции в конференц-зале Санкт-Петербургского научно-исследовательского института космонавигации и дальнего космоса. Кратко рассказав о сроках (два года) и цели экспедиции (об этом позже), Немоляев зачитал штатное расписание, которое я привожу ниже:

Штатное расписание (цифра в скобках перед фамилией обозначает номер каюты):

(1) Немоляев Виктор Евгеньевич – капитан корабля, начальник экспедиции;

(2) Сударушкин Андрей Борисович – первый пилот, радиололог;

(2) Котов Виталий Яковлевич – второй пилот, эколог;

(3) Сафронов Вячеслав Сергеевич – штурман, радист;

(3) Евдокимов Мирослав Юрьевич – борт-инженер, механик, водитель;

(4) Гольдштейн Борис Михайлович – врач, нач.склада;

(4) Хватов Валентин Борисович – повар;

(5) Гриценко Юрий Александрович – второй механик, магнитолог;