— Скажи: а-а-а…

Существо увернулось из-под Сениной руки и на просьбу сказать «а-а-а» не прореагировало.

— Елки-палки!.. Так ведь это сенсация! Чего ты стоишь, Марина?! Надо же срочно собирать Совет!..

Сеня кинулся к пульту вызова, но Марина Андреевна резко его остановила:

— Подожди! Оставь пульт в покое. И мальчика оставь в покое. И за волосы его не дергай и не смотри на него как на урода!.. И вообще, оставь меня с ним!..

Сеня оторопел:

— Ты чего это, а, Марина?.. Что с тобой?.. Чего ждать-то?.. Ты чего тут разводишь?.. Ты что: деду не веришь?

— Всем я верю. И ничего не развожу. Просто считаю, что торопиться некуда…

— Темнишь ты что-то…

Марина Андреевна и сама понимала, что «темнит», но ничего не могла поделать. Сенин напор казался ей чем-то в высшей степени отвратительным. А Сеня продолжал:

— Не понимаю, чего тебе одной-то мучиться — решим коллективом. Всем коллективом навалимся — и нет проблемы!

— Вот именно — навалитесь!.. — ехидно подметила Марина Андреевна. Она видела, как от Сениного бодрого и зычного голоса съежился мальчик. — Ты что, не видишь, как он тебя испугался?

— Да? — Сеня посмотрел. — И верно, вроде испугался… Но если мальчику вредно наше общество, мы можем его обследовать и незаметно для него самого. — Сеня говорил значительно тише и вообще присмирел.

А Марина Андреевна добавила примирительным тоном:

— И куда торопиться? Подумай: дед был с мальчиком в полете около полугода, преодолел такое расстояние, что и представить невозможно. Что изменится от того, что эксперты посмотрят на него не сегодня, а завтра?.. Я же не собираюсь его скрывать…

Произнеся последнюю фразу, Марина Андреевна подумала, что именно скрыть мальчика она бы и хотела. Кажется, Сеня понял это или догадался о подобном желании. Так или иначе, он не ушел, а устроился поудобнее в кресле и уставился на существо.