Мастер Шон с помощью пульверизатора распылил облако порошка над ранами и над серебряным набалдашником. Порошка было не слишком много, и он был настолько тонким и легким, что излишки поплыли по купе, как дымок.

— А теперь, если вы пригасите вон ту лампу...

В тусклом желтом свете привернутой настенной лампы почти невозможно было что-либо рассмотреть. Все погрузилось в тень. Лишь кристаллы на быстро движущейся палочке мастера Шона, испускавшие собственный голубой свет, были отчетливо видны.

Затем вдруг словно тысячи крохотных белых светлячков взлетели над лицом убитого и над набалдашником трости. А потом несколько тонких, мерцающих нитей, состоящих из мелких искр, протянулись между лицом убитого и набалдашником трости.

Через несколько секунд мастер Шон сделал последнее движение палочкой, и искры растаяли.

— Все. Включите свет, если вам не трудно. Трость определенно является орудием убийства.

Префект Сарто едва заметно кивнул и задумался.

— Очень хорошо. Что будем делать дальше? — Он немного помолчал. — Что бы сделал лорд Дарси?

Его лордство стоял сзади и чуть левее итальянца, и когда мастер Шон посмотрел на обоих сыщиков, нарисовал ему в воздухе вопрос указательным пальцем.

— Милорд снова опросил бы подозреваемых, — ответил волшебник, как будто это было само собой разумеющееся. — Более подробно на этот раз.

Лорд Дарси продолжал держать поднятым палец, и волшебник поспешил добавить:

— По одному, конечно же.

— Звучит разумно, — согласился Сарто. — А ваше присутствие я смогу объяснить тем, что вы судебный волшебник, назначенный на расследование этого дела, а вы, святой отец, — как представитель Церкви. Кстати, вы случайно не сенситив, отец?

— Нет, к сожалению, нет.

— Жаль. Но им говорить об этом незачем. Пусть поволнуются. Так, о чем же их спрашивать? Дайте мне дело о неуплате налогов, и я набросаю примерный список вопросов, которые следует задать, но вот здесь....