— Эти передачи — они из будущего!

Глаза Риты полыхнули огнем праведного гнева. Какая женщина станет терпеть конкуренцию, да еще со стороны какого-то электрического массовика- затейника.

— Вот оно что. Будущее.… А у нас с тобой, все в прошлом, понял!

* * *

Вечером мама насела на Гену с расспросами.

— Сына, ты чего такой? Неприятности в институте?

— Нет, все нормально, мам.

Мама внимательно посмотрела на лицо сына и следующим вопросом попала в «десятку»:

— Как ее зовут?

— Кого? — Гена, в который раз поразился маминой проницательностью.

— Твою девушку. Так как: Света? Наташа?

— Ну, Рита.

— Поссорились? Обойдется. Пригласил бы ее к нам, познакомил.

Гена только неопределенно махнул рукой. Мама осталась возиться на кухне, а он отправился в комнату к искусителю-телевизору.

«Оно» уже началось. Показывали почему-то кинохронику: незнакомые чужие горы, ползущая по змеящейся между скал дороге колонна военных грузовиков и БТРов, разрывы мин и треск автоматных очередей, дым, огонь…

«Война, которую в течение десяти лет вел в Афганистане Советский Союз…».

Вон оно что. Война. У Гены неприятно засосало под ложечкой. В такое будущее верить как-то не хотелось. Экран вдруг подернулся пеленой и, мигнув на прощание, погас совсем. В электронных внутренностях аппарата затрещало, в комнате завоняло горелой изоляцией. Старина «Темп» не выдержал перегрузок…

Они его так и не починили. Вызванный на дом мастер, поковырявшись в перегоревшем телевизоре, заявил: сумма, которую им придется выложить за ремонт, такова, что проще купить новый. Так они и поступили. Маме посчастливилось относительно недорого, в кредит, приобрести цветную «Радугу», а черно-белого ветерана разобрали на запчасти. Новый телевизор вел себя благопристойно, никаких фокусов не выкидывал, разве что ремонтировать его приходилось, чуть ли не каждый месяц. Окошко в будущее захлопнулось.