Во второй комнате я живу. Здесь висит мамин портрет. Телевизор КВН. Белое радио с календарем-вертушкой. Темная в красную точечку материя дивана. Игрушечная пушка, стреляющая бусинками.

Третья. Большая. Посреди - огромный стол, покрытый бордовой скатертью с пушистыми гроздями бахромы. Магнитола у окна. Портреты пращуров. Щуплой детской спиной, сидя на высоком стуле, я чувствую тепло белой печи.

- За папу! За маму! - мне нравится пюре с соленым огурцом.

- А за дедушку с бабушкой? - откликается дед.

Слизывая картошку с губ, внимательно изучаю его взглядом пытливых серо-зеленых глаз...

- Рогволд! Рогволд! Ты чего! Очнись!

Первый детский кошмар - большая морская черепаха под ухом вместо простыни...

Зачем, ну зачем вы меня толкаете. Я еще немного... совсем чуть-чуть.

- А? Что? Неужели, задремал? Сколько сейчас?

- Ты вырубился внезапно. Сидел себе на диванчике. Пил чай, и вдруг, глядим...- последовало невразумительное объяснение.

- У тебя сперва была такая блаженная улыбка, что просто не решились будить, - рассмеялся Павел.

Стас вопросительно глянул на меня.

- Кофе. И самого крепкого, Стас, если можно.

Бразильский подействовал отрезвляюще. Затем я умылся холодной водой. Попросил открыть окно.

- Ты как? Ничего? - Вовка вышел следом на балкон.

- Ничего особенного. Просто, вымотался за неделю. Ну, и сдал.

- Это Стас во всем виноват.

-Почему?

- А не было никакого эликсира. Он все выдумал. Знаешь, как его диссертация называется?

- Что-нибудь о силе вымысла?

- Угадал. Но ты не сердись на него.

- Пустяки.

Я проанализировал все шаги Стаса: его звонок, подцепивший меня на крючок тайны, хадж по святым местам, словечки из школьного лексикона и памятные истории- словом, они, действительно, постарались на славу. Психологический эксперимент удался. Сознание настроилось на нужную волну, оставалось лишь подобрать соответствующий скрипичный ключик, чтобы мелодия памяти захватила меня в плен. Стоп!