Автомобиль остановился возле одного из пригородных коттеджей. Среди ряда претендующих на звание "дворцов" или "замков" безвкусных построек этот дом с небольшим двориком отличался уютом и сдержанностью стиля. Кругом стояла странная для населенного места тишина, сотканная из шелеста желтеющих листьев и птичьего щебета, и лишь изредка прерываемая тихим шуршанием автомобильных шин по дороге.

— Вот мы и дома.

Аркадий вежливо открыл дверцу и помог девушке выйти из машины. Она выпрямилась, оглядываясь по сторонам. Глубоко вдохнула свежий, чистый воздух.

— Мне здесь нравится.

— Еще бы, Машенька, — ответил Аркадий, одарив ее безупречной улыбкой, открывающей ровный ряд белоснежных зубов. — Это же наш дом.

Он взял ее под руку и медленно, словно еле передвигающуюся калеку, повел к высокому крыльцу с узорными перилами. Распахнул входную дверь и привычным движением отключил сигнализацию.

— Проходи!

Стуча каблучками привезенных Аркадием туфель, она вошла в просторный холл, машинально разулась и всунула ноги в замеченный неподалеку мягкие тапочки. Она не заметила немного недоуменного взгляда Аркадия, который, чуть помедлив, тоже разулся. Обычно в этом доме не принято было разуваться. По светлому паркету, шаркая пушистыми тапочками, она прошла до первых дверей и остановилась, разглядывая гостиную. Чувствовалось, что эту комнату, как, возможно, и все остальные помещения в этом доме, обставляли с помощью опытного дизайнера. Все вещи настолько гармонировали друг с другом, что, казалось, ничего нельзя ни убрать, ни прибавить, чтобы не нарушить эту гармонию.

Она вошла и осторожно опустилась на диван. Затем откинулась, пытаясь почувствовать себя если не "как дома", то хотя бы просто уютно. Пока не удавалось. Хотя мебель, надо сказать, была действительно удобной. "Если бы я сама обставляла эту комнату, — подумала она, — то вполне возможно одобрила бы такой вариант. Вот только…" Она обернулась к замершему в дверях мужчине.