Затем по движению матраца Брандт понял, что «поэтесса» поднялась с кровати. Сжав волю в кулак, он обернулся — как раз, чтобы успеть увидеть спину направляющейся в ванную девушки. К удивлению Брандта, «блондинка» оказалась брюнеткой. Высокой, гибкой, голливудской, с развитым плечевым поясом, совершенно такой, как он себе представлял по голосу, но — брюнеткой. Брандт устало покачал головой — теряю квалификацию… хотя, может, крашеная? Нет, не похоже… зачем блондинке краситься? Нелогично. Тренированный мозг особого агента привычно отметил основные детали — вверху девяносто пять, в талии — шестьдесят, внизу — девяносто два… ээ-э… с половиной. Почти стандарт. Три родинки на правой ягодице… и одна под левой грудью, — мысленно добавил он, мгновенно проанализировав мелькнувшее в зеркале ванной отражение. Отражение, заметив его взгляд, высунуло язык, погрозило кулаком и с треском захлопнуло дверь.

Брандт сел на кровати, пытаясь восстановить в памяти события последних суток. Сначала все шло хорошо — он помнил каждую деталь, начиная с раннего утра в замаскированном под бунгало бункере на берегу небольшого карибского островка. Две замечательные мулатки… но они относились, скорее к предыдущей ночи, а не к утру. К утру относилась чудесная перестрелка с людьми местного наркобарона, обычная для него дуэль — один он против одной армии, все по-честному. Потом, покоцав кого надо, он вернулся попрощаться с мулатками, но к сожалению, не успел — на площадке перед бунгало уже переминался с колеса на колесо скоростной геликоптер, перемешивая своими неуклюжими лопастями влажный тропический воздух. Для настоящих удовольствий никогда не остается времени… Потом был быстрый прыжок во Флориду и последующий перелет из Майами в Лондон, потом снова вертолет, прямо из Хитроу… Это ж сколько тогда получается? Уже хорошо после полудня, пять ноль три, не меньше.

Прищурив левый глаз, Брандт повнимательнее заглянул в свою фотографическую память, и та, потрепыхавшись, выдала достаточно четкий, хотя и несколько размытый по краям из-за нынешнего похмельного состояния, снимок кабинета лорда Мойна на минус восьмом подземном этаже Тауэр-бридж.