- Более того, на основе этих фактов можно построить кое-какие предположения.

- Стройте их себе на здоровье. Но не жадничайте, когда будете наливать бренди.

Грэхем послушно смешал напитки. Все говорили без умолку, выдвигая самые невероятные версии по поводу того, что же все-таки случилось. Ни дисциплины, ни логики, короче, бесполезная болтовня.

Рассел Грэхем, член парламента, знал, что его встречи с собственными избирателями были образцово-заурядными - типичный пример заунывных и бесплодных собраний. Но, черт побери, нужно же кому-то действовать!

- Леди и джентльмены, - начал он громко, - леди и джентльмены, уделите мне немного вашего внимания...

- Зачем? - отозвался довольно пьяный голос. - Тебе что - своего мало?

- Затем, - терпеливо начал объяснять Грэхем, - что мне совершенно не нравится пребывание в этом бреду; у меня от него голова идет кругом, и мне хотелось бы когда-нибудь вернуться в Лондон. Если это вообще возможно.

- Продолжайте, - ответил мужской голос. Лица повернулись в сторону Грэхема, и он начал свою небольшую речь.

- Я не буду останавливаться на том, каким способом мы сюда попали, сказал он. - Я не буду также обсуждать тот факт, что нечто необычное было проделано с нашими головами, шуточки по этому поводу мы успеем выслушать после. У нас нет представления о времени, никто совершенно не помнит, что случилось во время полета Стокгольм - Лондон, и, насколько я понимаю, никто не может сказать, где мы находимся.

- В Южной Америке, - откликнулся кто-то.

- В Голливуде, - возразил другой.

- Прошу вас, - Грэхем поднял руку. - Я хотел сказать, что это место не обладает никакими признаками, позволяющими понять, куда мы попали. Единственный признак - абсурдность всей ситуации. Мы прибыли в упаковке, напоминающей гробы, мы оказались в городе, который вовсе не город, мы сидим в гостинице, где нет постояльцев, но у всех нас вдруг появился лингвистический талант. Далее. Поскольку наш багаж доставлен, я смею предположить, что нам здесь придется киснуть долго.