- Валяйте, - милостиво разрешил Хок.

Ульк подмигнул капралу.

Пузырь подвел своего подчиненного к деревянной скамье, стоявшей у стола справа, и скомандовал:

- Клади лапу!

Хок положил левую руку на скамью, а Пузырь вытащил иэ-за пояса заранее припасенный топорик для рубки бамбука и взмахнул им. Произошло нечто странное.

Лезвие прошло сквозь руку без всякого напряжения и глубоко вонзилось в скамью. Кровь не выступила, хотя все видели - кисть отделена от руки куском стали почти сантиметровой толщины.

- Ничего не понимаю! - признался полковник, склоняясь над долговязым.

Профессор вышел из-за стола. Глаза его округлились. Взгляд впился в лезвие топора и в мускулистую волосатую конечность, покрытую татуировкой и тропическим загаром.

И в это мгновение пальцы отрубленной руки зашевелились и сложились в недвусмысленный кукиш.

Профессор и полковник отшатнулись и побледнели. Пузырь грубо расхохотался.

Секунду спустя Хок выпрямился, отрубленная кисть оказалась при его руке, и всем стало ясно, что никто ее и не отрубал.

- Хорош фокус! - выдавил из себя Ульк, падая в кресло, услужливо подставленное для него капралом. - Хок! Можете идти! Ваше мнение? - спросил он профессора, когда дверь за солдатом закрылась.

Фикс потупился и нервно захлопал по своим карманам, разыскивая сигареты.

- Я думаю, это универсальная защита, построенная на пространственно-временных перемещениях организма с использованием высших измерений, периодически возникающей проницаемости клеточной структуры и силовых полей биологического происхождения.

- Гм! Слишком много туману, профессор. Вы ведь не шифровальщиком при штабе работаете, нельзя ли яснее?

- Ульк, я не провидец. Потребуются, возможно, месяцы и годы, чтобы определить, с чем мы здесь столкнулись. Данные анализов, тщательно поставленные эксперименты, проверки...