Мысль о разлуке заранее повергала его в уныние, и однажды ночью, проснувшись, он поведал жене:

— И то, что мы останавливаемся на ночлег под сенью одного дерева, и то, что черпаем из одного потока

Так, не называя причины, твердил он ей и обливался слезами.

Поражённая этими словами жена выслушала его и, горько рыдая, спросила:

— Отчего они, эти странные твои речи?! В этом мире, где не ведаешь даже, о чём можно уговариваться на завтра, ты взываешь к моим чувствам, чтобы я не забыла наш уговор до грядущего мира! Здесь что-то не то, и я не верю, что дело так просто.

Вконец потеряв присутствие духа, муж признался ей:

— Оттого это, что я получил приказ императора. А когда тебя просит государь, то нет способа отказать ему; когда же примкнёшь к мятежу августейшего, трудно рассчитывать на один шанс из тысячи, чтобы сохранить свою жизнь. Горечь приближающейся разлуки так сильна, что становится жалко, и я решил поведать тебе обо всём заранее. Но остерегайся, чтобы ни один человек не узнал об этом!

И он велел ей крепче сжать губы.

Но, поскольку у его жены душа была труслива, то, встав поутру, женщина об этом деле глубоко задумалась и решила, что если государев августейший мятеж не удастся, то и мужей, к нему примкнувших, безвременно убьют, если же, напротив, погубят воинские дома, то надобно, чтобы остался в живых хотя бы кто-то из её родственников. А если дело обстоит так, то, рассказав обо всём отцу своему Тосиюки, она сделает Приближённого из Левой гвардии нарушителем верности

Сайто очень испугался и немедленно вызвал к себе Приближённого из Левой гвардии.

— Я услышал нечто поразительное. Правда ли это?! Тот, кто в нашем мире замышляет такое, должен быть не кем иным, как человеком, который, обхватив камень, ныряет в омут. Если потечёт из чужого рта