- И как я баранку крутить буду? - ехидно осведомился Виталя, - Зубами и хреном?

- А тебе по должности теперь водитель положен будет, - парировал заявление Валера, - Ты у нас за геройство свое растешь карьерно, шо звиздец.

- Да ну? - снова улыбнулся Виталя, - Ну, раз жениться говоришь, Старшой, тогда осталось бабцу найти такую, чтобы инвалидов любила. И машину водить умела.

- Богатых инвалидов все любят, - в тон ответил Валера, - Иным не только машину водят, но одновременно... не важно, спать плохо будешь. А ты еще и при работе теперь. Я тебя хочу в зампотехи назначить, если ты не против. Дело растет, люди нужны, а к тебе доверие полное. Не против?

- А чего мне против быть? Все лучше чем без дела слоняться.

- Доктор что говорит? Когда тебя отпустят?

- Через пару недель вроде как, - сказал Виталя, - Не раньше.

- Ну и нормально, дел хватит. Поправляйся в общем.

На этом он вышел из комнаты. Возле крыльца дачного домика, приспособленного под больничку, стоял мотоцикл - красная «хонда» на зубастых колесах и высокой подвеске.

Раньше Валера никогда на мотоциклах не ездил, хоть все собирался научиться, а вот теперь сподобился, когда самбистовы пацаны притащили откуда-то целый грузовик всякой двухколесной техники, а его боец Матроскин, как оказалось, до армии занимался мотокроссом. После десятка уроков Валера относительно уверенно, хоть не торопясь и не рискуя, катался на тарахтящей одноцилиндровой «эндуре» по окрестностям Базара, чем был невероятно доволен. Матроскин, кстати, заменивший теперь раненого Виталю на должности первого помощника, тоже получил аналогичный ездовой агрегат, на котором и носился, причем куда энергичней своего босса, пугая людей треском мотора и опасными маневрами, а заодно пренебрегая высказываемыми вслух мнениями о его умственных способностях.

Вообще Валера остался здесь почти что один - все его люди отбыли осваивать новую территорию возле Иваньковского водохранилища, увезя с собой два катера на прицепах, а сам он вынужден был задержаться здесь, в компании разве что Матроскина и неразлучного с тем напарника Швили - носатого бойца родом из Челябинска, за свой «румпель» и получившего такую погремуху, которую он сам гордо называл «позывным».