— Значит, смотри-на, — сказал Пантелеев. — Один ночник тебе даю, на СВД.

— Это спасибо! — обрадовался Лёха. — А то у нас по нулям с таким делом.

Пантелеев кивнул.

— Теперь сюда смотри-на. — Он указал на патронные ящики. — Это патроны УС,

— С пэбээсами? — сразу спросил я.

— Естественно-на, — кивнул он. — Все семь шестьдесят два, это с длительного хранения-на. Нормальные патроны раздали-на, разделили, а эти-на, вроде как специальные, по складам частей раскидали. Есть у тебя автоматы под этот калибр, так?

— Так точно, аж четыре, — радостно подтвердил я. — А пэбээсы какие?

— ПБС-1,

— А то у нас в роте были совсем старые, где корпус пополам раскрывается, — пояснил я. — Не хвалили их.

— Я понял, их до шестьдесят второго года выпускали-на, — кивнул он. — Этот с нормальным сепаратором. Как пользоваться, знаешь?

— А что там знать? — пожал я плечами. — Меняй себе обтюраторы после двух сотен настрела, да и дело с концом.

— Я тебе руководство службы дам-на, — вздохнул Пантелеев. — Выучи.

— Есть.

Я присел на колено, открыл один ящик. Два зелёных цинка по шестьсот дозвуковых патронов УС с утяжелённой пулей, если верить надписи — в каждом по три резиновых запасных обтюратора. На крышке две полоски — чёрная и зелёная. Нормалёк. Это очень здорово на самом деле, в иной ситуации стрелять очень не хочется, и деваться некуда, а тут, хоть и не бесшумно совсем, но примерно как духовушка в тире.

— Доволен-на, посмотрю, — усмехнулся подполковник. — Владей. У нас ещё есть, сейчас не даю просто. А так буду подкидывать-на, когда вернёшься.

— За это спасибо! — обрадовался я и закинул удочки на всякий случай: — А пять сорок пять уэсов с пэбээсами нет?