— Уверен, Алина Александровна. Мало того, я на этом настаиваю.

Выражение лица у неё изменилось на строго-упрямое, в стиле «ты мне обещал».

— Серёжа, вы мне обещали.

Точно, обещал. Обещал отвезти к мужу, который погиб у меня на глазах. Причём к живому. Такое он, муж, с меня обещание взял. Правда, на тот момент никто не знал, во что именно выльется утечка этого вируса. А сейчас внешние условия изменились, и на обещания не повлиять они никак не могли. И повлияли.

— Что я вам обещал, Алина Александровна? — спросил я жёстко. — Отвезти вас в Горький-16? А зачем?

— Там Володя… — чуть растерялась она.

— Владимир Сергеевич улетел на Алтай. При чём тут теперь «Шешнашка»?

— Но он должен был ждать нас там… вы же сами сказали, — вконец растерялась она.

Похоже, что с такого угла зрения она проблему не рассматривала. Ну ничего, сейчас я ей в этом помогу.

— Алина Александровна, а когда я вам это сказал? Разве тогда всё вот так выглядело? — Я обвёл рукой стены столовой, подразумевая при этом окружающий мир. — Скажите, если бы я, допустим, в тот день пригласил вас в Большой театр вместе с дочками, вы бы сегодня так и ждали исполнения этого обещания? Что-то изменилось за стенками с тех пор, как мне кажется.

— Но Володя имел привычку сдерживать обещания… — Тут она уже губы поджала.

— И как он должен был их сдержать? — спросил я. — Как добраться в такой обстановке почти от монгольской границы до Кировской области? Это сколько тысяч километров?

— Есть же самолёты…

— Алина Александровна! — вздохнул я. — Ну кто даст одному-единственному человеку самолёт для того, чтобы он мог встретиться с семьёй, в то время как вокруг гибнет мир и каждый литр топлива, каждый час моторесурса уже на счету? Вы серьёзно?

— Володя — выдающийся учёный. Он им нужен, чтобы сделать вакцину, — ответила она.

Я и рот не успел раскрыть, как, к моему удивлению, в разговор влезла Ксения.