- Больше нет... У нас их больше никто не видел. Тем не менее мы сочли необходимым посадить "Ветер времени" в другом месте.

- А на главном космодроме кто-нибудь еще бывал? - вопрос прозвучал невинно, но в глазах Геворга Кирилл прочитал откровенную насмешку.

- Бывали, - Бардов продолжал поглаживать бороду. - Там установлено регулярное наблюдение. Кроме того, из диспетчерского бункера автоматически велась киносъемка.

- И что же?

- Ничего. На кинокадрах посадочная плита пуста и в ее окрестностях ничего подозрительного не возникало.

- Вполне естественно, - усмехнулся Геворг, - давно известно, что призраки, привидения, вампиры и прочая нечисть на кино- и фотопленке не фиксируется.

- Относительно призраков не знаю, - спокойно заметил Бардов, - не приходилось ими заниматься. Но миражи, коллега, удается сфотографировать. Кстати, тут на Марсе миражи не редкость.

- Вы хотите сказать... - начал Геворг.

- Нет, я сказал все, что хотел. Прошу еще вопросы, если они есть.

- Остается ли па пятую смену кто-нибудь из числа наблюдавших... "фантом Азария"? - спросил Кирилл.

- "Фантом Азария", - задумчиво повторил Бардов. - Неплохо... Можно принять это в качестве рабочего названия проблемы. Нет, коллега, никто не остается. Все-таки у нас нет стопроцентной уверенности, что это не заболевание.

- Интересно, а что думает по этому поводу главный медик четвертой смены? - спросил Геворг.

- Разрешите? - Мак взглянул на Бардова.

- Разумеется, коллега.

- Это не заболевание в общепринятом значении слова, - начал Мак, - это ранение... Если хотите - травма, наносимая мозгу каким-то еще неизвестным нам явлением, скорее всего неизвестным излучением, связанным с возникновением фантома. Думаю, даже уверен, что мы еще столкнемся с ним. Среди многих загадок Красной планеты эта представляется одной из наиболее интересных и, пожалуй, наиболее опасных... Я полностью согласен с нашим шефом, ей следует посвятить максимум внимания.