Но песня смолкла, музыка стихла, и Таня резко мотнула головой, отбрасывая неуместную дремоту. Не время расслабляться! И в лазорево-ультрамариновом сиянии постепенно разгоравшейся хрустальной люстры Таня снова увидела "кожаного" парня, и это показалось ей подозрительным, хотя она знала, что убийца не он. Парень тоже увидел Таню и снова улыбнулся ей как давней знакомой. И снова помахал ей рукой. Парень был едва ли старше Тани, его смугловатое лицо, ярко освещенное ослепительным светом разгоревшейся в полный накал люстры, действительно было знакомым. Только Таня никак не могла понять, кто он. И где она могла его видеть раньше.

И вдруг Таня поняла, что здесь, в этом чужом для нее времени, у нее не может быть никаких знакомых! Она непрошеной гостьей пришла сюда час назад, и уйдет отсюда примерно через такой же промежуток времени, и никто никогда не узнает, что на концерте Слава Русина присутствовала девушки, которая будет жить через сто пятьдесят лет... А парень, наверное, действительно принял ее за свою знакомую, он шел к Тане уверенным шагом, и она уже хотела было сама двинуться ему навстречу и объяснить, что он обознался но увидела то, что сразу заставило забыть ее о "кожаном" парне...

В дугообразной галерее амфитеатра, где не было зрителей, что-то ярко блеснуло мимолетным ледяным блеском.

И Таня поняла, что означает этот стремительный блеск...

В амфитеатре притаился убийца...

Сейчас раздастся выстрел, и...

Парень в кожаной куртке стоял как раз между Таней и сценой. Таня кинулась к сцене, отталкивая парня. Он, видимо, хотел задержать Таню, но она уже взлетала на сцену, минуя ступеньки лестницы. Увидела артиста, который стоял боком к ней, прижимая к груди букет восхитительных огненно-красных роз. И умиротворенно улыбался...