- Погодите! - Крикнул я, срываясь с глубокого кресла, которое вдруг оказалось очень неудобным, когда мне пришлось впопыхах с него вставать. Возможно, у него и были какие-то аугметические улучшения, позволявшие ему обходиться без воздуха, но их не было у меня. Килиан улыбнулся.

- Я же говорил, что вы будете удивлены, - сказал он, когда шаттл разгерметизировался с громким шипением. Но это был звук уравновешивающегося давления, понял я вместе с накатившей на меня волной облегчения, а не так знакомый мне звук взрывной декомпрессии, с которым "Рука Мести" запустила торпеду в середину корабля во время осады Перлии. В шаттл стал просачиваться холодный разреженный воздух, усиками тумана унося внутреннее тепло. Так как большую часть службы я провел вместе с валлхальцами, которые любили тренировки на открытом воздухе, то нашел холод терпимым, хотя и странно удручающим.

- Ну да, - признал я. - Хотя не думаю, что вы пробыли здесь достаточно долго, чтобы создать атмосферу.

Я последовал за ним вниз по трапу, под моими ботинками хрустнул гравий с примесями пепла.

- Не пробыли, - Килиан потер руки, хотя я не мог с уверенностью сказать, сделал он это от холода или же от энтузиазма. Наверное, и от того, и от другого. - Значит, уже насчет этого обзорные доклады были правы.

- Но почему газы не замерзли? - спросил я. Даже если бы слабое солнце давало достаточно тепла, чтобы не дать им превратится в лед, его лучи все равно не достали бы сюда, а сам мир слишком долго был мертв, чтобы в его ядре сохранилось тепло. Когда я говорил, из моего рота вырывались облачка пара, хотя мимоходом взглянув на Килиана, я у него подобного не заметил.

- Вот именно! - сказал Килиан так, будто я был его любимым учеником, и прошел между двумя прожекторами, следуя за четко различимым следом на рыхлой земле. Оказавшись вне яркого света, мои глаза приспособились к темноте, и я смог различить группу более тусклых огней на стенах пропасти. - Здесь должно быть нечто еще, испускающее энергию. Это единственное объяснение.