Два земных месяца назад светлейший Зогг Четырнадцатый в очередной раз впал в немилость. Это было, в общем-то, вполне ординарное событие: при дворе ныне царствующего величества Нагон-Гига Четвёртого герцог играл роль вождя аристократической оппозиции. Роль эта была весьма ответственной, довольно сложной, и к тому же неблагодарной: после каждого неудачного заговора бывшие сподвижники (или их родственники и друзья) злоумышляли против герцога, не без оснований подозревая его в двойной игре. Поэтому их величество Нагон-Гиг, как правило, отправлял сиятельного бунтовщика в непродолжительную ссылку. На сей раз ему вздумалось отослать его на Юг, ко двору одного из местных князей, в качестве императорского посланника.

Его Сиятельство недолюбливал Юг, но где-то перекантоваться во время очередной ротации элит было всё-таки надо. Впрочем, двор князя З'угра ему должен был понравиться - хотя бы тем, что на Юге его пристрастия не считались предосудительными. Корней вспомнил, как он провожал герцога в путь: Струцкий расслабленно возлежит на подушках кареты, в руке дорожное чтение - непристойный южный трактат "Галантные размышления о соитии с юношами". Таким его и запомнил Корней: надменным, вялым, с печатью порока на измождённом лице.

Он благополучно доехал до места, отпустил сопровождающих, и остановился где-то поблизости от княжеской резиденции - с целью отдохнуть и развеяться перед официальной частью визита.

В ту же ночь Струцкий пропал.

Первым зафиксировал этот факт следящий спутник: сигналы от постоянно действующего передатчика в теле посланника внезапно прервались. Расшифровка биометрии ничего не дала: судя по всему, герцог до последнего момента крепко спал после дозы очередного зелья. Поиски тела оказались безрезультатны. Даже сверхнадёжное спутниковое сканирование массы не дало никаких результатов. Его Светлейшее Сиятельство наследный герцог Гонт-Алайский и Линорский Зогг Четырнадцатый бесследно исчез.