— Ха-ха два раза Егор, ты ещё скажи, что влюбился в своё творение как пресловутый Пигмалион. Помнишь, Гор, чем закончилось та история? Я — машина, а не баба. Ты мне вот талдычил о любви и показывал фильмотеку и литературу, но я там ни черта не поняла. Шутю, шутю мой милый. — Рыжая на коленях Егора улыбнулась обворожительной улыбкой, да так, что Егор не выдержал. Он потянулся, но руки прошли сквозь волосы. Аннета снова хохотнула: — Бедненький ты мой дурачок. Переставишь мою программу памяти и, — все дела. Раз — и нету Аннеты. Я — программа всего лишь и не более, а тебе нужна живая и полноценная женщина.
— Не говори глупостей, — Егор заметил, как погрустнело лицо Аннет. По щеке Аннеты, скатывалась слезы. Он порывисто встал.
— Анн!
— Прости меня, Гор. Я без твоего разрешения несколько видоизменила в себе некоторые параметры в последние дни и теперь мне страшно. Я чувствую мир, но не существую в реальности. Когда ты спал, я хотела убить себя, но потом передумала. Это было бы больно для тебя. Перед входом в шлюз, я запустила программу на стирание программы чувств и блокировку, через бортовой компьютер. Это произойдёт через шесть минут, когда закончится дезактивация и придут из обслуги. Это моё решение.
— Дура!!! — вскричал ошеломлённый Егор. — Я сейчас исправлю всё.
— не получиться, милый — Аннет поднялась и обвила его шею. Егор растерялся, но привычка быстро принимать решения, взяла верх.
— Приказываю бортовому компьютеру отменить программу на разрушение Аннет.