От избытка чувств Колька засвистал во весь дух, а я, задумавшись, запнулся о бугорок и чуть не грохнулся в густую дорожную пыль.

- Э, э, осторожней! - испугался Колян за сумку, которая вырвалась у меня из рук. Но я спас свою репутацию, вовремя подхватив ее, и тем самым освободил себя от нудных колькиных излияний о том, кого не надо брать с собой в дело, и о тех, кто испортит все, к чему ни прикоснется.

- Ну что, братан, решил куда поступать? - настроение у Кольки моя неловкость по всей видимости не испортила.

- В училище, куда еще, - вздохнул я. Хотя город и манил меня, но с замиранием сердца подумалось, что предстоит покинуть село и жить в чужом городе с чужими людьми.

- А то давай со мной, в мореходку, - Колька сплюнул на дорогу. - Хорошо моряку жить. За сезон - тыщи четыре-пять.

Я понимающе кивнул и погрузился в свои мысли.

- А на кого учить будут? - не умолкал Колян.

- На токаря, - коротко ответил я. Дальше, памятуя о Колькиной забывчивости, распространяться не имело смысла.

Подобные вопросы Колька задавал мне каждые семь дней, внимательно выслушивал мой обстоятельный ответ, а потом все это сообщение мгновенно вылетало у него из головы, и ровно через неделю он был подготовлен к тому, чтобы вновь задать свой фирменный вопрос.

- Была охота, - Колька явно был настроен поговорить, - скукота.

- Почему же? - возмутился я.

- Работа, телевизор, сон и снова по кругу.

- Каждому свое, - ограничился я и снова замолк.

С пионерского возраста Колькой владела единственная мечта - срубить деньжат по легкому и побольше. Но попробуй, развернись с такой мечтой в селе. Кольке нужен был простор и свобода действий, и поэтому он слонялся по округе как неприкаянный, тоскливо заглядывая в глаза каждому встречному.