- Институт физкультуры, будущий тренер? - с сомнением (уж очень молод был собеседник) предположил я, все еще испытывая растерянность.

- Пока только техникум,- скромно отозвался юноша.- Учусь на отделении настольного тенниса... Об институте пока только мечтаю. Недостает еще знаний... Но со временем обязательно буду и в институте!..

- Техникум физкультуры? - удивленно прозвучало в моем голосе: что делать, мне не приходилось слышать о таких учебных заведениях.

Юноша оторвал взгляд от спортивной обуви и в упор посмотрел на меня.

- Наш недавно открыли,- сказал он коротко.- Раньше ведь часто бывало, что занятия спортом мешали учебе в школе и наоборот. Поэтому попробовали совместить и то и другое в одном учебном заведении... Понимаете,- начал потом он тихо, но, чувствовалось, с огромным внутренним напряжением,- в себе мне уже нельзя носить... Книга - это последняя капля... Я должен рассказать это кому-нибудь... Конечно, нужно было бы раньше, уже несколько недель назад, но я... Поверить в это действительно трудно...

От взгляда честных серых глаз по-прежнему ничто не могло укрыться. Снова и снова осматривали они меня и в конце концов засветились каким-то особенным озарением, как это бывает в тех случаях, если человек принимает решение, сразу прекращающее мучительную и напряженную душевную борьбу...

И еще долго в тот день я и Миша Стерженьков никак не могли расстаться: много раз вновь становились в очередь к "чертову колесу", потом стреляли в тире, мерились силами, ударяя молотом по соответствующему устройству, и наконец побрели по улицам в сторону спортивного комплекса физкультурного техникума имени Марафонской Битвы.

Миша Стерженьков рассказал мне все. И, прощаясь с Мишей у входа в спортивный комплекс, возле гипсовой статуи игрока в крокет, я чувствовал, как кругом идет моя голова, не вмещающая все эти совершенно непостижимые, превосходящие любую фантастику факты, на которых основывался его рассказ.