Генри Лайон Олди

Я возьму сам [фрагмент]

До каких я великих высот возношусь

И кого из владык я теперь устрашусь,

Если все на земле, если все в

небесах -

Все, что создал Аллах и не создал

Аллах,

Для моих устремлений -- ничтожней,

бедней,

Чем любой волосок на макушке моей!

Абу-т-Тайиб аль-Мутанабби

Есть такие призраки, что приходят между явью и сном.

"Ну что это за свинство?! -- хрипло бормочешь ты, натягивая одеяло на голову.-- Просто безобразие! Эй, вы, там,-я вас что, для этого выдумывал? Для этого, да?! А ну живо, кыш отсюда!"

Шаги. Скрипят половицы, чужое дыхание перышком касается щеки, щекотно, щекотно... у дальней стены тихо смеются. Хрустальные колокольцы откликаются щемящим вздохам сквозняка; ты пинаешь ногой наугад, промахиваешься и обнимаешь подушку истово, как обнимают желаннейшую из женщин.

На кухне звякает посуда.

Пахнет чаем: крутым, свежезаваренным... чаем пахнет.

-- Призываю в свидетели чернила,-- бормочешь ты, не ведая, что творишь,-- и перо, и написанное пером! Эй, свидетели: я сейчас встану, и никому мало не покажется! Вы слышите... вы... слышите...

Есть такие места, куда попадаешь между сном и сном.

Песок струится меж пальцами, уходя в песок; желтые крошки бытия, и белые крошки бытия, а еще, говорят, бывают черные, красные... Стойте! Куда вы?! В горсти вода -- те хрустальные колокольцы, что совсем недавно заигрывали со сквозняками, обрываются крупными каплями, и остается лишь вытереть мокрой ладонью лоб.

"Ну что это за свинство?! -- ты идешь по берегу реки, ругаясь в такт шагам всеми бранными словами, которые успело выдумать человечество за века существования; и еще добрым десятком слов, человечеству неизвестных.-- Эй, вы, там -дадите мне выспаться, в конце концов, или нет?! На кой я выдумывал эту речку, и эту пустыню, и эти горы (что, уже горы?! м-мать!..)?! Для чьей забавы: моей или вашей?! Вот сейчас проснусь -- и всех к ногтю... всех... к ногтю..."