- М-да. Кадр, нам попался?!- ошарашено пробормотала Елена Степановна.

  Повернув голову, юноша, сверкнув ярко-голубыми глазами, с интересом посмотрел на вошедших, при этом интенсивней заработав ложкой. Похоже было, что он не безосновательно считал, что поесть ему не дадут.

  Почти сразу на мой крик прибежала санитарка, а за ней медсестра. Никакого смущения я не испытывал, когда под меня ловко подсунули утку.

  Счастливо улыбался я не от того что успел, ну и это тоже, а от того, что шевелил пальцами ОБЕИХ НОГ. Оказалось, я тогда посмотрел на полусогнутую ногу, то есть до колена увидел, а остальную часть нет. Ф-у-ухх, такое облегчение.

  - Целые,- довольно сказал я.

  - Больной как вы себя чувствуете?

  - Да вроде нормально, пока не понял. Еще пить хочу, и... ф-у-у... помыться.

  Выпив воды из чайника, носик которого поднесла к моим губам медсестра, я стал осматривать себя. Обе руки были целые. Левая только забинтованная по локоть. Левая нога была полностью в гипсе от паха до кончиков пальцев. Грудь и живот тоже были все в бинтах. Короче я был в смятении. Куда же меня ранили? Тут мне на глаза попала медсестра.

  - Извините, мы не представлены друг другу. Вячеслав Суворов, а вы...?- спросил я у медсестры, пока санитарка уносила утку.

  - Медсестра Маша Дроздова.

  - Маша? Машенька. Как вы прекрасны сегодня.

  Осмотрев зардевшуюся от комплимента медсестру, примерно лет двадцати шести-двадцати семи, я добавил:

  - Машенька, не томите меня, скажите, я серьезно ранен?

  - Я сейчас позову вашего врача, она все и объяснит,- отказалась отвечать Маша. В это время в палату вошла санитарка, неся тазик с водой, и тряпкой. Чем медсестра и воспользовалась, выскользнув из палаты.

  - Ну что больной, приступим?- громко спросила санитарка.

  - Ага. У меня тут вопрос образовался, вы... ага, Марья Петровна, скажите, можете объяснить, что означают некоторые сны?