Я решил прервать молчание:

— Как ты думаешь, откуда они?

Он недоуменно посмотрел на меня, и я добавил:

— Летающие тарелки.

Пол усмехнулся:

— С Марса или Венеры или еще откуда-нибудь.

— Угу, — промычал я, — жаль, что ни одна не разбилась. А то еще могли бы сесть на футбольном поле Йельского университета и попросить болельщиков проводить их к президенту клуба или еще какую-нибудь чепуху.

Пол зевнул и недовольно заметил:

— Каждый толкует на свой лад. Какой-то идиотизм. Если они из космоса, пусть покажутся людям.

Я попробовал картофель. Он был поджарен на прогорклом оливковом масле.

— О, тут масса самых разных причин. С ходу я мог бы привести две-три, которые имеют смысл.

Пол, казалось, оживился:

— Какие, к примеру?

— Ну, черт возьми, допустим, что существует представительная галактическая лига цивилизованных планет, но, видишь ли, доступ в нее ограничен, и принимают туда только тех, кто прорвался в космос. Вступайте теперь, пожалуйста. А чтобы следить за нашим развитием, они время от времени посылают на Землю секретные экспедиции.

Пол рассмеялся:

— Я смотрю, мы читаем одну ерунду.

В это время мимо нас продефилировала молодая мавританка в изящно сшитой серой джеллабе, туфлях на высоких каблуках и с розовой шелковой вуалью на лице, настолько прозрачной, что была видна помада на губах. Очень соблазнительная. Могла бы и не закрывать прекрасные черные глаза! Мы долго смотрели ей вслед.

— Или вот другая. Допустим, есть высокоразвитая цивилизация, ну, на Марсе.

— Только не на Марсе. Там нет воздуха и, черт возьми, слишком сухо для жизни.

— Не перебивай, пожалуйста, — сказал я с наигранной строгостью. — Это очень древняя цивилизация и, как только планета стала терять влагу и воздух, она просто-напросто ушла под землю… Использует гидропонику и все такое… экономно расходуя воду и воздух. Разве мы не займемся тем же самым через несколько миллионов лет, если на Земле исчезнут воздух и вода?