Хоумер распахнул дверь.

– Иди-ка сюда, Рэндольф.

Джейф ненавидел это его «Рэ-эндольф», с едва заметным оттенком презрения, как будто он заглядывал ему в самую душу и видел там все грехи и преступления.

– Ну, чего ждешь? – осведомился Хоумер, видя колебания Джейфа. – Ты получил работу. Чем скорее сделаешь, тем скорее я дам тебе новую.

Рэндольф перешагнул порог. Комната была большой, выкрашенной ядовито-желтым и казенно-серым, как и все помещения Центрального почтамта в Омахе. Но эти цвета почти скрывались за громоздящимися вдоль стен выше головы штабелями почты. Мешки, пакеты, коробки и пачки покоились на холодном бетонном полу.

– Письма без адреса, – пояснил Хоумер. – Даже лучший почтальон Штатов не сможет их доставить. Вот жалость, правда?

Джейф был заинтригован, но старался этого не показывать. Он давно привык скрывать свои чувства, особенно от таких, как Хоумер.

– Все твои, Рэндольф, – сказал его начальник. – Твой маленький кусочек рая.

– И что мне с ними делать?

– Рассортировать. Распечатаешь их и вытащишь все важное, что там окажется.

– Там что, деньги?

– Иногда попадаются, – самодовольно ухмыльнулся Хоумер. – Но чаще всякий хлам. Разные вещицы, которые отправляют по неправильному адресу, и их швыряет по всей стране, пока они не попадут к нам в Небраску. Непонятно почему, но, когда на почте не знают, что делать со всем этим дерьмом, они посылают его в Омаху.

– Это середина страны, – заметил Джейф. – Ворота на Запад. Или на Восток. Смотря куда следовать.

– Но не тупик же, – возразил Хоумер. – В любом случае, эту дрянь свозят сюда, и ее нужно перебирать руками. Твоими руками.