— Пошли, — коротко бросил ведьмак, и развернувшись, быстро зашагал к краю поляны.

Вечеслав поднялся, и прислушиваясь к ощущениям, поплёлся за ним. Заварушка всё же оставила свои следы. Сильно болела косточка локтя на левой руке, слегка ныло правое плечо, мерзко тянуло спину. В пылу он не замечал боли, а теперь она во всю силу проявляла себя. Потирая то локоть, то плечо, то щупая потянутую мышцу в районе левой лопатки, он ускорился, догнал ведьмака и стал разглядывать меч, который тот нёс в руке, опустив клинок к земле. И вместе с этим взглядом внутри него начало рождаться вдруг какое-то смутное, словно однажды забытое, а теперь спешно возвращающееся чувство.

Ведьмак дошёл до первого дерева и тут же, занеся руку вбок, с размаху всадил клинок в ствол.

— Чёрт! — вскрикнул Вечеслав. — Нахрена ж!

— Не лезь, — зло ответил ведьмак. — Лес поможет удержать клинок и узнать о нём. Я, когда сниму наговор, дерево заживлю. Ты теперь молчи только.

— Ладно, ладно, просто… — Вечеслав осёкся, и отступив немного вправо, стал молча наблюдать.

Он увидел, как ведьмак закрыл глаза и быстро зашептал непонятные слова, которые вскоре слились в одно длинное, бесконечное слово. Над поляной пронёсся лёгкий ветерок, верхушки деревьев зашумели, и Вечеслав вдруг почувствовал, как словно ледяной водой окатывает спину. Он резко обернулся. Казалось, что кто-то огромный, намного больше него, смотрит оттуда, сзади, но глаза увидели только деревья, десятки деревьев с раскачивающимися верхушками и вздрагивающими листочками.