"Ну, - думает, - сейчас выпрыгну и побегу жалобу в почтовый ящик опускать".

Так бы он, наверно, и сделал, да вдруг запротестовало в нём чувство справедливости.

"А почему это я должен ещё и выбираться отсюда сам? Что я, по своей воле сюда залез? Нет уж, пусть меня вытаскивает тот, кто яму эту вырыл! А то я тут надрываться буду, а ему и горя мало! Дудки! Не выйдет этот номер!"

Опустился он решительно на самое дно, ноги под себя калачиком сложил и стал ждать, пока его поднимать на поверхность придут. Двадцать минут ждёт, полчаса... Никто не идёт. Заговорило тут в нём в полный голос чувство собственного достоинства. Вырвал он из записной книжки ещё один лист и стал сочинять жалобу в областной центр.

В это время какой-то мужчина мимо проходил. Увидел он Кондрашева, бросился к нему, руку протягивает.

- Как же это, - говорит, - вас угораздило? Не ушиблись? Давайте руку, я вам выбраться помогу...

- А, так это вы данную яму вырыли? - строго спрашивает Юрий Сергеевич.

- Нет, нет, что вы! - испугался мужчина. - Я вообще в этом районе случайно оказался... У меня и лопаты нет...

- Ну, а почему тогда вы должны исправлять чужое головотяпство? Пусть отвечает тот, кто виноват!

- Но... как же вы? Вам же тут неудобно...

- Ничего, я потерплю. Надо быть принципиальным до конца. Наша беда в том, что мы привыкли смотреть на действия головотяпов сквозь пальцы, а они этим пользуются. Нет, вы как хотите, а я не позволю наступать себе на горло!

- Но... не могу же я уйти, ничего для вас не сделав... Скажите всё-таки... как мне вам помочь?

- Как помочь? - задумался Кондрашев. - Знаете что? Дайте мне лист чистой бумаги, а то у меня записная книжка кончилась.

...Сон сморил Юрия Сергеевича в тот момент, когда он заканчивал писать жалобу в самые высокие инстанции. Спал Кондрашев спокойно, как спят люди, выполнившие свой долг.