На выкрашенной в унылый зеленый стене вызывающе торчала крышка мусоропровода.

– Хотела бы я поговорить с тем, кто до этого додумался, – мрачно добавила Маша, – надо же – вывести мусоропровод прямо на кухню… Мало того, что воняет, – еще и тараканы табунами лезут… хорошо – не крысы.

– Так это вокруг… – Игорь близоруко прищурился.

– Это Данька вчера придумал. Накупил ядовитой липучки и скотчем вокруг прилепил. «Враг не пройдет!» – снова передразнила она мужа.

Липучки уже не было видно под дохлыми тараканами. Яночка все смотрела, пристально и тяжело. Игорь поежился.

– Интересно? – рассеянно спросил он. Девочка дернула плечом, не оборачиваясь. Игорь снова взглянул на липучку и вздрогнул: бурая масса насекомых медленно, тошнотворно колыхалась. От нее отделилась одна темная точка, другая… И через минуту бодрые, откормившиеся на помойке пруссаки резво побежали по стене, поводя чудовищными усами.

– Яночка, как ты это делаешь? – медленно спросил Игорь.

– Тарашки! – ответила Яночка и рассмеялась. Маша сердито оглянулась через плечо и несколько секунд смотрела на копошащихся насекомых. Лицо ее брезгливо подергивалось. Наконец она не выдержала.

– Яна, немедленно прекрати! – и повернулась к Игорю: – Вы извините, она иногда такая вредная бывает…

Игорь сглотнул.

– И часто она… вот так делает?

– Да нет, не очень, она у нас послушная девочка, правда, Яночка? – Яночка серьезно кивнула. – А теперь доча перестанет пялиться на этих мерзких тараканов и пойдет в комнату, не будет нам мешать…

Яночка, засопев, слезла со стула. Маша потрепала ее по рыжей голове, и, обернувшись к Игорю, трагически развела руками:

– И никакой яд этих тараканов не берет! И не липнут! Мутанты, наверное…

Еще в раздевалке Машу накрыло чуть сопящей, неестественной для детского сада тишиной. «Спят они, что ли?» – подумала она, машинально взглянула на часы. Да нет, вроде не должны уже. Заглянула в просторный зал, усеянный разбросанными игрушками. Дочка сидела в центре, печально вертя в руках куклу – поникшая худенькая фигурка в собравшихся складками, чуть великоватых штанишках. Остальные дети сбились стайкой в углу и испуганно поглядывали на Яну. В сердце толкнуло горячим, и защипало в горле.