Время от времени юноша бросал взгляд на Мирию. Она все стояла. Наконец он спешился, глубоко вздохнул и направился к ней. Будучи человеком робким и замкнутым, Вараконн не отважился посмотреть ей в глаза. Но даже от того, что он увидел, у него перехватило дыхание. На девушке было длинное зеленое платье, перехваченное в талии широким поясом, вышитым золотой нитью, темные длинные волосы ее рассыпались по плечам. Она пришла босиком.

- Хочешь купить лошадку? - спросил молодой охотник.

- Возможно. Но почему она вдруг начала тебя слушаться?

- Ей стало страшно. Я заставил ее бегать по загону, а она не знала, откуда исходит опасность. Видела, как она скалилась на бегу?

- Да, она была очень зла.

- Это не злость. Так делают жеребята. Кобыла повела себя как детеныш, тем самым говоря: "Помоги мне, будь моим хозяином". Поэтому я опустил руку и отвернулся. Тогда она последовала за мной и присоединилась к моему табуну.

- Значит, теперь ты ее жеребец?

- Скорее кобыла-вожак. Жеребцы сражаются, но командует всегда кобыла.

- Руатайн говорит, что ты добрый воин и хороший человек. - Эти слова очень удивили Вараконна, и он посмотрел девушке в лицо, чтобы убедиться, что она над ним не смеется. У Мирии были широко расставленные, очень красивые зеленые глаза, не цвета летней листвы или травы, а более темного и благородного оттенка. Как драгоценные камни, только не холодные...

- Ну, теперь ты на меня уставился.

Вараконн моргнул и виновато отвел взгляд.

- Руатайн говорил, что ты сражался с ним против паннонов и сломил их сопротивление.

- Он очень добр, хотя прекрасно знает: я просто слишком боялся, чтобы убежать. Руатайн был как скала, единственное безопасное место в бурном море. Никогда не видел таких, как он. Битва была настоящим безумием, крики, звон мечей. Все происходило слишком быстро. В жилах воинов кипела ярость, но Руатайн оставался спокойным. Он напоминал божество. Казалось, что рядом с ним ты неуязвим.