– Что ж, – заметно оживился Сидень, – если вы действительно?..

– Да, я действительно…

– Хорошо. Тогда до скорой встречи… э-э-э… и… примите мои соболезнования.

Взгляд – умный и строгий. И еще немного усталый – из-за темных кругов под глазами. Давно не стриженные вьющиеся волосы в некотором беспорядке, но прическа совсем не портит лицо, напротив – придает ему некоторый шарм, своего рода загадочность, что ли. А может быть, дело в том, что черно-белые фотографии всегда немного загадочны. Хорошая фотография. Большая, глянцевая. А вот венок дешевенький. Какие-то мерзкие пластмассовые ромашки и колокольчики…

Яша стоял в вестибюле редакции и рассматривал собственную фотографию в траурной рамочке – с грустью и гордостью. Так старик-отец, наверное, любуется карточкой сына, недавно ушедшего на фронт.

В Яшиной душе еще со вчерашнего дня воцарилось удивительное спокойствие. Да, вечером, после того как теща уехала восвояси, после этого ужасного обсуждения предстоящих похорон, у него случился очередной приступ паники: а вдруг это все же не сон? Но приступ был короче, чем предыдущие, и на этот раз Яша даже не стал щипать себя за нос, кусать за пальцы и биться головой об стену, чтобы проснуться. Вместо этого накапал себе валерьянки, походил туда-сюда по квартире, посидел перед телевизором и уснул.

На работе Яшу приняли хорошо, и он был очень тронут. Во-первых, на сайте “Увлекательного журнала” разместили прекрасный некролог. Во-вторых, коллеги встретили его приветливо – несмотря на то, что по его милости снова оказались “в подвешенном состоянии”. Все посочувствовали – и по поводу увольнения, и по поводу неожиданной кончины. Мужчины опасливо и как-то особенно бережно пожали Яшину холодную руку, женщины предложили попробовать шоколадных конфет ручной работы. Потом все ушли в столовую (его почему-то не позвали), и Яша остался в комнате один. Выключил кондиционер. Ткнул мышкой в маленький черный прямоугольник с надписью: “Скончался специальный корреспондент журнала (читать дальше)”. Перечитал еще раз.