— Уважаемый! — позвал Стас. — Войдите, пожалуйста.

— Но я же без халата…

— Ничего-ничего. — Он сбросил свой, как будто из солидарности. — Заходите. Садитесь!

Стас катнул в мою сторону вертящийся стульчик со спинкой, а сам присел на край стола.

— Строго между нами, уважаемый. Откуда у вас этот образец?

— Это… — Я пожал плечами. — Это… В самом деле, как тут ответишь?

— Понимаю. — Он театрально вздохнул, потом посмотрел мне в лицо и улыбнулся. — Тогда по существу. Как практикующий гематолог могу авторитетно заявить: то, что вы принесли, уважаемый, не что иное как кровь. Человеческая. Первой группы. Резус-фактор положительный. Иными словами, самая распространенная. Что касается болезней, тут все чисто. Лимфу, правда, я бы еще раз проверил. Девяносто девять процентов, что все в порядке, и все-таки есть вероятность лейкоза в ранней стадии. А так, — он развел руками, — все в норме. В общем, если б эта кровь была вашей…

— Нет-нет, — сказал я, испытывая непонятное облегчение, — это не моя кровь. Спасибо, Стас, вы очень, очень…

— Да погодите вы! — неожиданно обиделся он. — Испортили мне весь эффект. Я как раз собирался сказать «но» и многозначительно поднять указательный палец… Еще пять минут можете послушать?

— Могу. — Я откинулся на спинку стула. Отступившая было тревога привычно обосновалась под сердцем.

— Так слушайте. Все это я вам сказал как практикующий гематолог. Но! — Стас поднял указательный палец. — Как выпускник кафедры генетики и цитологии… Только не смейтесь!

— Почему я должен смеяться?

— Не знаю. Обычно в этом месте все хихикают. Так вот, как генетик-цитолог не могу не заметить, что хромосомный набор этих вот кровяных клеточек вышел из моды о-очень давно.

— А поточнее? — Я поймал себя на том, что поправляю очки, хотя они лежат у меня во внутреннем кармане. — Что это значит?