Из фургона выпрыгнул ещё кто-то и заговорил, что они упустят обоз мормонов в Ларами. Послышались другие недовольные голоса. Эллисон слушал их молча.

– Я собственные волосы сумею сохранить, – сказал он вдруг, – но что вы будете делать? Или думаете, что индейцы послушают ваши проповеди и повернут обратно? Ошибаетесь, они любят достойного врага, сильного, смелого, храбрость которого можно ощутить на себе. А вас они просто со смехом убьют. У вас нет даже пистолетов.

– У меня есть револьвер! – выкрикнул калека. Загремели упавшие костыли. – И я умею им пользоваться. Когда мы приедем в Солт-Лэйк-Сити, я упрошу мистера Янга сделать меня мстителем… А вы – жалкий дикарь, который хочет заработать побольше денег. Мы платим вам за каждый день пути, поэтому и тянете время…

Мистер Брэккет воздел руки к небу и долго успокаивал своих братьев, убеждая их внять голосу разума. Бак поднялся вверх по склону и устроился под кустом, сосредоточенно вглядываясь в волнистый горизонт. Он не обернулся, когда стихли споры, и остался внешне невозмутим, когда два фургона из четырёх тронулись с места и, тяжело гремя, прокатили мимо него. Лениво следом трусили коровы, протяжно мыча. Бак проводил их глазами и мысленно попросил Всесильных Духов сжалиться над глупцами.

– Бак, – свесился из седла над ним О`Нил, – я поеду с ними. Кто знает, может, помогу чем-нибудь этим библеистам. Отпугну дикарей…

– Отпугнёшь? – спросил в ответ Эллисон, и в его глазах ирландец прочитал приговор.

– В любом случае, скальп у меня не слишком богатый, – принуждённо засмеялся О`Нил и обнажил бритую голову. Солнце вспыхнуло у него на затылке. – Да поможет мне святой Патрик.

Он понёсся вдогонку удаляющимся фургонам. Бак остался лежать на земле, следя за непонятными людьми, которые так спешили к своей смерти. В племени, где Эллисон провёл десять долгих лет, он знал нескольких ослабших стариков, которые специально выставляли себя противнику.