«Через пятнадцать минут придет Леночка, надо этого субъекта спроваживать поскорей. Но как? Может, он тоже назначил свидание...» Николай стал рассматривать незнакомца с пристрастием. Низкоросл и некрасив. Но расфранчен: новые гимнастерка и брюки. Неизвестно, почему в груди Николая поднималась самая настоящая неприязнь к этому опрятно одетому железнодорожнику. «Вырядился, так и иди себе на люди, на бульвар, — думал Николай о незнакомце, — нечего здесь отсвечивать».

Но тот упорно не уходил и, судя по всему, так же, если не больше, чем Николай, хотел остаться один. Сначала он стоял с безразличным видом, потом начал нетерпеливо постукивать каблуком, потом спрыгнул с камня, спустился к пушистой гряде высохших под солнцем водорослей, перешагнул через нее и затопал прямо по воде.

— Нырнешь, спасать не буду, — удивляясь тому, как хрипло и зло прозвучал собственный голос, крикнул Николай.

Незнакомец не ответил, продолжая топтаться в воде.

Это было уж вовсе ни на что не похоже! Николай в несколько прыжков преодолел расстояние, разделявшее их.

— Ты что ж, даже говорить не хочешь?

— А что тебе сказать? Иди своей дорогой... Я, может, делом занят...

— Делом? Оно и видно...

— Ты нашей службы не знаешь.

«А ведь и в самом деле не знаю», — подумал уже примирительно Николай. Ему стало стыдно, что он ни с того ни с сего накинулся на человека.

Железнодорожник между тем вылез на сухую гальку.

— Правда, шел бы ты, куда идешь... — лениво процедил он.

Не ожидай Николай Леночку, он не преминул бы воспользоваться советом. Но сейчас ему некуда уходить — он ждет Леночку. Он так и сказал:

— Я тут должен встретиться с девушкой. Понятно?

Незнакомец прищурился, опять прихлопнув, потер руки — у него была такая привычка, сразу же отмеченная Николаем.