– Именно так,– подтвердил Зарандиа. – Но всему этому посчастливится произойти, если только Туташхиа не распутает наш клубок и не успеет оповестить и успокоить остальных преступников. Чем больше уходит времени, тем реальнее эта угроза.

– Если братья Накашиа обнаружат украшения своей тетки на чердаке Туташхиа, неужели и тогда еще влияние Туташхиа способно будет провалить наш замысел?

– Все может быть,– сказал Зарандиа,– но так или иначе, мое присутствие там уже ничего не изменит.

Был вопрос, который с самого начала волновал меня, но я никак не мог выбрать минуты, в которую можно было его задать. Мне было неловко и сейчас, меня одолевали сомнения, пока наконец я не поймал себя на мысли, что любая минута годна для этого, лишь бы не подвела смелость.

– В сложившихся обстоятельствах,– сказал я,– не исключен вариант, когда будет убит один Туташхиа, а все остальное останется неизменным. Не так ли?

– Это исключено! В двух углах из трех непременно будет принято решение, желательное для нас, и при всех случаях Туташхиа останется жив.

– Отчего такая уверенность?

– Оттого, что Туташхиа много сильнее Сарчимелиа и двух Накашиа, вместе взятых!..

– Почему же столь различны их возможности?

– Так распорядилась природа, наделив их разными способностями. А потом – нравственность, да еще отточенная воспитанием. Я знаю, люди не могут достичь совершенства, но Туташхиа из тех, кто ближе остальных к нему.

– Человек предполагает, бог располагает. Ну, а если все же сложится так, что Туташхиа погибнет? – не отступал я.

– Это произойдет, если Туташхиа окажется слабее других. Проиграет – неизбежно – слабейший. Мы здесь ни при чем. Однако с Туташхиа, повторяю, ничего не случится.