— Как ничего не вышло?

— Да так… я хотела сказать, что не то вышло, на что, быть может, вы рассчитывали. Помните, я вам даже писала об этом.

Николай вспомнил, что вскоре после разлуки с Леночкой получил в Петербурге несколько писем от молодой девушки, и теперь ему стало досадно, что он не отвечал на них.

— Вы не сердитесь, что я не отвечал вам?

— Что вы! За что сердиться? И что было отвечать? Теперь, в эти два года, я стала, как вы говорите, солидным человеком, хоть и не порешила всех вопросов. И куда мне решать их! Да и некогда было! На руках хозяйство отца, и скоро… вы, конечно, слышали? — прибавила тихо Елена.

— Простите. Я и забыл вас поздравить! — спохватился Николай. — Искренно желаю вам всего хорошего!

Он горячо пожал руку молодой девушки. А в то же время какая-то жалость сжала его сердце при мысли, что Леночка выходит замуж за Лаврентьева. Ему казалось, что этим шагом она ставит точку в своей жизни. «Дети, пеленки, хозяйство!» — промелькнуло в его голове, и он с каким-то сожалением взглянул на Леночку.

Елена, казалось, заметила этот взгляд и сказала:

— Вы не знакомы с моим женихом?

— Нет. Слышал много, но не знаком.

— Так я вас непременно познакомлю. Он тоже много о вас слышал.

— Хорошего или дурного?

— И того и другого! — смеясь отвечала молодая девушка.

— И превосходно: значит, не разочаруется.

— Как вы?.. — обронила Леночка.

— Вот тебе, Леночка, и другой шафер есть! — заметила Марья Степановна, подходя к молодым людям.

— Да, может быть, Николай Иванович не захочет?

— Выдумала: не захочет! Отчего ему не хотеть?

— Конечно, захочу. Я никогда не бывал шафером.

— Разве вы останетесь здесь до сентября? — с живостью подхватила Елена.

— Останусь.

— Не соскучитесь?

— Вот и мама о том же спрашивает. Мне даже это несколько обидно! Точно я должен в деревне скучать. У меня будет работа, буду с папой на земских собраниях… стану изучать деревню… На этот счет ваш жених просветит меня… И времени для скуки не будет! Наконец познакомлюсь с соседями, буду у Смирновых, стану ходить на охоту…