Он вспомнил, как хорошо начиналась его офицерская карьера в Берлине еще задолго до претворения в жизнь гитлеровского плана «Барбаросса». Тогда его, молодого дипломированного офицера, поставили на интересную и перспективную работу в главное артиллерийское управление Генерального штаба Вооруженных Сил  Рейха. Все складывалось для него счастливо. В тридцать седьмом году он вступил в национал-социалистскую партию фюрера, в том же году познакомился с очаровательной певицей Моникой, молодой исполнительницей шлягеров, вскоре ставшей его женой. И уж совсем почувствовал он себя на седьмом небе, когда супруга осчастливила  его  поочередно очаровательными малышами – мальчиком  и девочкой. Малышка родилась  31 августа тридцать девятого , в аккурат, накануне вооруженного вторжения  в Польшу. Капитан еще тогда был  обер- лейтенантом и командовал батареей в Потсдамском гарнизоне. О широкой кампании на Восток разговоров было невпроворот , однако слухи о перемирии с Советами вскоре превратились в реальность, и в прессе, голосом разбуженных от зимней спячки пчел, зажужжали о заключенном в Москве пакте о ненападении. Как же велик оказался гений фюрера , что он не поверил старому усатому лису и упредил его в инициативе... Офицер гестапо еще раз поднес зажигалку к потухшей сигарете и, сладостно выпустив колечками струйки сизого дыма, продолжал вспоминать.

Новый 1941 год принес новое назначение. Гауптман не верил в Его величество случай, скорее всего, сыграли берлинские связи, в любом варианте об этом остается только догадываться. Сразу же после празднования Рождества он получил циркуляр прибыть в распоряжение имперского управления безопасности, находящегося в ведении рейхсфюрера  Гиммлера и стать его  представителем при штабе.

К сожалению, относительно райская жизнь продолжалась недолго.  Развязалась война у западных границ Советов, и доблестные войска вермахта, поддерживаемые на всех направлениях авиацией и флотом, устремились к Москве. И все бы ничего, если бы взяли столицу русских двумя месяцами раньше, еще до холодов. Да и союзники японцы внесли свою черную лепту – не организовали вовремя мощного наступления на тихоокеанском побережье. Вот тогда бы Сталин задохнулся и потерял Москву. Однако кремлевский хитрец успел перебросить под Москву несколько отборных сибирских соединений, что и спасло коммунистического лидера от позора.