Но Ленехэн вполне верил ему, он сочувственно кивнул головой.

– Знаю я эту канитель, – сказал он, – одно надувательство.

– И хоть бы какой-нибудь толк от них, – сказал Корли.

– Подписываюсь, – сказал Ленехэн.

– Только недавно развязался с одной, – сказал Корли.

Кончиком языка он облизал верхнюю губу. Глаза его заблестели от воспоминаний. Он тоже устремил взгляд на тусклый диск луны, почти скрывшейся за дымкой, и, казалось, погрузился в размышления.

– Она, знаешь, была... хоть куда, – сказал он с сожалением.

Он снова помолчал. Затем прибавил:

– Теперь она пошла по рукам. Я как-то вечером видел ее на Эрл-Стрит в автомобиле с двумя мужчинами.

– Это, разумеется, твоих рук дело, – сказал Ленехэн.

– Она и до меня путалась, – философски сказал Корли.

На этот раз Ленехэн предпочел не верить. Он замотал головой и улыбнулся.

– Меня не проведешь, Корли, – сказал он.

– Честное слово! – сказал Корли. – Она же сама мне сказала.

Ленехэн сделал трагический жест.

– Коварный соблазнитель! – сказал он.

Когда они шли вдоль ограды Тринити-колледж

– Двадцать минут, – сказал он.

– Успеем, – сказал Корли. – Никуда она не уйдет. Я всегда заставляю ее ждать.

Ленехэн тихо засмеялся.

– Корли, ты умеешь с ними обращаться, – сказал он.

– Я все их штучки знаю, – подтвердил Корли.

– Так как же, – снова сказал Ленехэн, – устроишь ты это? Знаешь, дело-то ведь щекотливое. На этот счет они не очень-то сговорчивы. А?.. Что?

Блестящими глазками он шарил по лицу своего спутника, ища вторичного подтверждения. Корли несколько раз тряхнул головой, словно отгоняя назойливое насекомое, и сдвинул брови.

– Я все устрою, – сказал он, – предоставь уж это мне.

Ленехэн замолчал. Ничего хорошего не будет, если его друг разозлится, пошлет его к черту и скажет, что в советах не нуждается. Надо быть тактичным. Но Корли недолго хмурился. Его мысли приняли другое направление.