— Отчего ж она у тебя болит?
— Не знаю. Наверно, потому, что я сказал на Гришку «дохлый».
Валька не любил сапожника Гришку, из-за которого жена его, Ксюша, часто плакала. «О господи! — причитала она. — За что ты послал мне гулящего мужика?»
Валька по-своему толковал эти слова. Он связывал их с тем, что Гришка нигде не работает — гуляющий человек— и ходит он такой походкой, как будто отсидел обе ноги.
Валька был уверен, что Ксюша хорошая. Во-первых, она любила, чтобы везде было чисто; потом — была очень сильная, здорово колола дрова: раз тюкнет — и готово! Она работала уборщицей в клубе и дома все делала сама, а Гришка никогда ни в чем ей не помогал. Придет, поест и уйдет.
Ел он по-свински — руками вылавливал мясо из щей, а когда подносил ложку ко рту, зачем-то выкатывал глаза. Вся клеенка после него закапана.
Ксюша, бывало, убирает и ворчит: «Нет моего образа жизни, кругом одна грязина — хоть плачь!» И всхлипнет. Но тут же успокоится, и потом они сидят с Валькой допоздна у печки.
Ксюша топила печь с открытой дверцей, смотрела на огонь, вздыхала. Вальке казалось, что он знает о чем.
Очень редко у нее бывало хорошее настроение, и тогда она много рассказывала о том, как раньше жила у отца. В семье четыре сестры и только один брат. О нем Ксюша говорила с гордостью: и работящий, и веселый, и душевный — отцова надежда. Так и сказал старик: «До тех пор не помру, покуда в капитаны не выйдет». Если б семья не такая большая, Ефим давно бы речной техникум окончил. Из дому пишут, в этот год обязательно поедет учиться. «Хорошо бы, — вздыхала Ксюша. — И у меня на него надежда: думаю, выйдет в люди — и меня вытянет на свет, на дорожку».
Говорилось все это с грустью, но, что бы Ксюша ни рассказывала, Вальке становилось смешно, потому что все слова она произносила так, как один мамин знакомый, когда передразнивал попа. Валька и сам, просидев у нее долго, некоторое время потом нечаянно так говорил, а Варвара Ивановна сердилась: «Пошла окать Кострома!» Валька удивлялся, откуда она знает, что Ксюша рассказывала ему именно про Кострому — Ксюшин родной город. Он очень сердился, подозревая, что бабушка подслушивает за дверью, но молчал: что поделаешь, если ей не стыдно.