Он еще не знает, что эти "лягушки" спасут ему жизнь. Им недалеко идти, в "волость", так все называют волисполком. Вот оно - одноэтажное кирпичное здание на бугре. Слюдяные какие-то оконца. Жесткая коновязь перед низким крыльцом...

Пыльный коридор и три двери. "Налево пойдешь - сам пропадешь, прямо пойдешь - коня потеряешь, направо - оба погибнете..." Налево - военкомат, прямо - земельный отдел, направо - президиум.

- Сейчас увидишь Быстрова, - говорит отчим. - Глава здешнего правительства.

На стенке в позолоченной раме портрет кудлатого старика, под портретом письменный стол и обтянутый черной кожей диван, и левее, у окна, дамский письменный столик.

За дамским столиком грузный мужчина с обвисшими черными усами.

- Дмитрию Фомичу, - здоровается отчим. - Вчера был у Ивана Фомича.

- Слышал, слышал.

- А сегодня к вам.

Оказывается, это брат Ивана Фомича, в прошлом волостной писарь, а ныне секретарь исполкома.

Федор Федорович взглядывает на Маркса.

- А где...

Он имеет в виду Быстрова.

- Борется с контрреволюцией, - говорит Дмитрий Фомич как о чем-то само собою разумеющемся. - Поехал в Ржавец, отбирать у дезертиров оружие.

Федор Федорович подает Никитину справку о своем зачислении в Красную Армию.

- Разумно, - одобряет Дмитрий Фомич. - Теперь к вашему хозяйству не подступиться, а то Степан Кузьмич нацелился на одну вашу лошадку...

Не понять, кому сочувствует Дмитрий Фомич - Быстрову или Астаховым.

- Надолго к нам?

- Сегодня уже.

- Мало погостевали.

- Ничего не поделаешь.

- Обратно в Москву?

- Нет, прямо в Ростов.

Никитин регистрирует удостоверение, что-то вписывает в толстенный гроссбух и выдает Федору Федоровичу справку.

Отчим и пасынок возвращаются домой.

- Ты помнишь отца? - спрашивает отчим.

Славушка кивает.

- От всех слышал о его честности, кажется, это была самая его характерная черта.