На самом деле он, ни в чем не повинный, "присел" на четыре месяца и Чека буквально вывернула ему карманы.

Старожилы Гороховой рассказали мне еще более трагикомический случай:

Арестовали купца. Пришли к нему на квартиру, обыскали, предъявили ордер на арест, окружили конвоем и повели. У него жил племянник, парень лет 20-ти. Увидев, что дядюшку арестовывают, он решил не оставлять его, узнать куда поведут и отправился за ними. Они идут по городу, выходят на Гороховую, он - идет следом. Входят в ворота, - входит и он. Поднимаются по лестнице, он идет. {27} Открывают дверь в камеру, вводят дядюшку, - и он. Камера запирается и проскальзывает этот; дядюшка с племянником остаются вместе. Провели первую ночь, думают дело разберут и племянника выпустят. Просидели так день и ночь. Еще сутки. - Никакого движения. Тогда начали советоваться, как быть. Рассказали арестантам, - было много смеху, но надо было как-нибудь выкручиваться. Через старосту доложили коменданту. Через несколько суток комендант пожаловал в камеру. Племянник просит его выслушать.

Комендант снизошел и племянник рассказал ему такую историю: Шел он по Гороховой, захотелось ему оправиться... - видит открытые ворота, он и зашел... заблудился и попал в камеру...

Говорят, что выслушав этот рассказ, комендант заревел от оскорбленного самолюбия:

"Как? Весь Петроград, вся Россия, весь мир знает Гороховую 2! А ты, сукин сын, зашел сюда оправиться...!"

Не знаю, чем руководствовался, в данном случае, комендант но племянника, как рассказывают, выпустили.

ПЕРВЫЙ ДОПРОС.

Мы с Юрьевым ждали допроса. Днем спали на одной, грязной, вшивой, с клопами койке. Ночью бодрствовали. Было душно, воняло немытыми телами, ватер-клозетом.

Разница с Дерябинской тюрьмой была громадная. Там не было этой напряженности нервов, которая создавалась здесь под влиянием постоянной близкой угрозы смерти, не было этого беспокойства за завтрашний день.